януш корчак школа жизни

Януш корчак школа жизни

Школа жизни. Фантастический рассказ

© ООО «Образовательные проекты», 2021

© М.М. Эпштейн, предисловие, послесловие, 2021

Благодарим Розу Алексеевну Валееву, Председателя правления Российского общества Януша Корчака, за помощь в поиске первоисточника этой книги

i 001

Януш Корчак в годы написания этой книги (четвёртый слева среди воспитателей летнего лагеря)

Фантастические миры Януша Корчака

Мы рады открыть для современного российского читателя книгу, до сих пор мало ему доступную и, скорее всего, незнакомую.

Вряд ли стоит подробно представлять её автора. Генрик Гольдшмит (22 июля 1878 или 1879 – 7 августа 1942), ставший известным всему миру под литературным псевдонимом Януш Корчак, был польско-еврейским врачом, педагогом и писателем. Много лет руководил он детскими приютами для еврейских и польских сирот в Варшаве. Славу ему принесли замечательные книги для детей и взрослых: «Лето в Михалувке», «Король Матиуш Первый», «Как любить детей», «Когда я снова стану маленьким» – эти и другие произведения Корчака неоднократно переиздавались на многих языках, и, в том числе, на русском.

Но рассказ «Школа жизни», как мы подозреваем, на русском языке не публиковался после 1908 года. Тогда он был переведён с польского и печатался в пяти номерах журнала «Вестник воспитания».

Не случайно место его публикации. «Вестник воспитания» – один из лучших дореволюционных педагогических журналов; он основан Егором Арсеньевичем Покровским, который был, подобно Корчаку, одновременно и детским врачом, и педагогом, и теоретиком образования. Журнал выходил в Москве с 1890 по 1917 год; в нём принимали участие видные педагоги и учёные: В.П. Вахтеров, В.П. Острогорский, Д.И. Тихомиров, Д.Д. Семёнов, Н.В. Чехов, Ф.Ф. Эрисман, И.И. Мечников, В.М. Бехтерев и др. В журнале обсуждались ключевые проблемы народного образования, при этом уделялось большое внимание детской психологии, дошкольной педагогике, школьной гигиене, физическому воспитанию; значительное место отводилось библиографии и критике.

К сожалению, мы не смогли определить, кто именно перевёл на русский язык эту книгу Корчака. В журнале переводчик указан как А.Б.

Корчак «спрятал» тему своего произведения – «осуществлённый идеал новой преобразованной школы, служащей интересам человечества, а не малочисленного класса имущих» – в формат мистификации (якобы эти записки были найдены в документах некоего умершего автора), а для самой мистификации указал жанр фантастического рассказа.

Корчак словно старается подчеркнуть демонстративной иронией, что перед нами – утопия, описание мечтаемого, но невозможного устройства массовой школы, за которым, однако, могло бы последовать и преображение несправедливого, жестокого социального мироустройства, требующего срочных изменений.

Похоже, неслучайно о такой фантастике было некстати вспоминать ни в советской, ни в постсоветской России.

Теперь же мы надеемся сделать это произведение Януша Корчака более доступным для заинтересованных педагогов и родителей, студентов и исследователей проблем воспитания и обучения. Вот три наиболее веских причины, по которым это кажется нам необходимым.

Во-первых, мы видим, что сейчас многими педагогами и родителями ведётся активный поиск путей обновления школы. На наш взгляд, идеи и замыслы, представленные Корчаком в этой книге, актуальны сегодня не в меньшей мере, чем столетие назад. И книга сможет выступить поводом для продуктивных размышлений ищущих людей, источником новых идей, – кстати, может быть, и для совместных размышлений детей и взрослых.

Во-вторых, мы уверены, что в России есть немалое число людей, увлечённых жизнью, идеями, опытом, книгами Януша Корчака – и это, как правило, замечательные люди. Такая книга – хороший подарок каждому из них. (А делать подарки просто приятно.)

В-третьих, мы считаем важным для новых школьных проектов видеть неразрывность идейных поисков в педагогике – как с точки зрения «исторической вертикали» (знать наших предшественников во времени), так и в «географической горизонтали» (представлять, что схожими поисками заняты и наши коллеги-единомышленники в других странах).

Поговорим об этом подробнее в послесловии, но сначала – читайте фантастического Януша Корчака.

канд. пед. наук, директор Института альтернативного образования им. Януша Корчака

i 002

i 003

i 004

i 005

i 006

Оркестр дома сирот под управлением Януша Корчака. 1923 год

В бумагах покойника мы нашли печатаемые ниже заметки, – они служат дополнением к отчёту, издан ному три года тому назад.

Смерть помешала автору за кончить первую часть труда, начатого им по нашей просьбе.

Вторая же часть составилась из оставленного им дневника записанных речей и случайных заметок.

О ценности издания пусть судят сами читатели.

Вы хотите, чтобы я написал свою автобиографию. Вы говорите, что мою жизнь, которая так занимает репортёров, нужно очистить от лжи и выдумки. Разве вопросы, касающиеся моей личной жизни, представляют общий интерес? Вы называете меня педагогом-преобразователем. Допустим, вы правы, по какую пользу принесёт моё писательство?

Вы просите меня написать историю основания и развития нашей школы. Я ничего не мог бы прибавить к трём большим томам коллективного специального труда, снабжённого десятками таблиц, планов, смет, богатыми статистическими указаниями и тем живым материалом, который представляют труды наших воспитанников. Наиболее же красноречивой иллюстрацией служит сама школа и, что ещё важнее, её питомцы, которых теперь уже везде можно встретить.

Всё-таки уступаю вашему желанию.

Слепой случай сыграл в моей жизни громадную роль. Я мог навсегда остаться простым подёнщиком, бить камни на мостовой или бессознательно вертеть колесо какой-либо машины.

При современном нелепом общественном строе слепой случай вообще управляет человеческой жизнью. Жизнь человека зависит от того, где он родился, кто его воспитал, какие случайные встречи у него были, но отнюдь не от запаса природных духовных сил, которыми он может послужить человечеству. Поэтому часто бездарные и неумные люди занимают ответственные места, а талантливые тупеют за одуряющей механической работой; люди развращённые и эгоистичные управляют судьбою сотен других, а добрые и благожелательные устранены от соприкосновения с людьми и от влияния на их жизнь; учителем бывает человек, которому под стать быть телеграфистом или оценщиком в ломбарде, и наоборот; оба они несчастливы и работают не на пользу, а в ущерб своему делу. Как часто судьбою многих тысяч людей управляют жалкие безумцы, являющие все признаки вырождения, которым место в больнице, а не на широком поприще жизни. Лишь немногие, подобно Франклину и Эдисону, победоносно прокладывают себе жизненный путь, тысячи же других неминуемо обречены на гибель. Какая преступная расточительность, какая безумная трата духовных сил!

Можно ли допускать, чтобы драгоценная человеческая жизнь всецело зависела от случайностей? Она ценнее всех благ, предоставленных нам природой и нами перерабатываемых, стократ ценнее угля, железа, электричества. Моя заслуга заключается лишь в том, что я стремлюсь избавить человечество от влияния случайностей, научить его беречь свои духовные дары, предохранить от угрожающего ему вырождения…

Источник

Януш Корчак: Школа жизни

Аннотация к книге «Школа жизни»

default

zero

Что можно сделать, став, совершенно случайно, обладателем полумиллиардного наследства?

Можно, например, изменить человечество. Через образование.

Об этом книга «Школа жизни» Януша Корчака, которая совсем недавно вышла в свет. Она не публиковалась на русском языке с 1908 года, так что не пропустите: тираж небольшой и кто знает, когда будет следующий?

Корчак не имел собственных средств, но понимал, как превратить школу в институт, действующий на благо всему обществу. В этой.

Что можно сделать, став, совершенно случайно, обладателем полумиллиардного наследства?

Можно, например, изменить человечество. Через образование.

Об этом книга «Школа жизни» Януша Корчака, которая совсем недавно вышла в свет. Она не публиковалась на русском языке с 1908 года, так что не пропустите: тираж небольшой и кто знает, когда будет следующий?

Корчак не имел собственных средств, но понимал, как превратить школу в институт, действующий на благо всему обществу. В этой книге автор описывает свои мечты, фантазию на тему идеальной школы.

Как могло бы быть по-другому?

—Вот неграмотный деревенский парень, спустя 15 лет эмиграции в Америке, внезапно получает огромное состояние.

Герой строит целый городской район. С больницей, яслями, библиотекой, ломбардом, аптекой, театром, мастерскими, судом и собранием – со всеми привычными горожанам объектами.

За городом он обустраивает ферму и колонию.

Всё это строится как Школа — работать там будут дети и подростки. После работы они будут приходить с возникшими вопросами и трудностями ко взрослым, к учителям. Изучать науки для улучшения жизни, с которой они столкнулись в ходе работы.

Исходя из вопросов жизни в этой школе будет строиться программа обучения. У каждого – своя.
Школа мечты Януша Корчака – это центр социума, площадка сотрудничества для детей и взрослых.

Хочу выразить благодарность издательству, переиздавшему эту книгу, и Михаилу Эпштейну, написавшему обогащающие текст предисловие и послесловие. Скрыть

Источник

Биография Януша Корчака: Старый доктор и его дети.

1490741419149119269

Имя Януша Корчака ассоциируется в человеческом сознании с самопожертвованием, героизмом, мученичеством и огромной любовью к детям. Отказавшись от собственной семьи, этот выдающийся польский педагог, автор многочисленных книг о детях и для детей, стал отцом сотен сирот.

Детство и юность: Ерш Хенрик Гольдшмит.

22 июля 1878 года в семье ассимилированных польских евреев Гольдшмитов родился первенец. Мальчика нарекли Ершем Хенриком. Окружающие звали его Генриком на польский манер. Свое первое образование юный Гольдшмит получал в русской гимназии в Варшаве. Главными постулатами учебного заведения были строгость и дисциплина. Малейшее отклонение от установленного распорядка дня без письменного разрешения директора жестоко каралось.

Детство и юностьУже с первого класса школьники штудировали учебники по латыни, а со второго – по французскому, немецкому и греческому. Многим позже один из них принципиально переосмыслит эту нафталинную систему воспитания. Он создаст идеальный приют для забытых и брошенных, назвав его «Домом сирот», и прославится на всю страну, а затем и на весь мир под псевдонимом Януша Корчака.

Но в 1889 году Корчака еще не было, ровно как «Дома сирот» и его нерожденных воспитанников. Был лишь 11-летний гимназист Генрик Гольдшмит, который впервые столкнулся с жизненными трудностями. У его отца, успешного адвоката, автора научных монографий, Юзефа Гольдшмита диагностировали душевную болезнь. С тех пор большую часть времени глава семейства проводил в психиатрической клинике. Затяжное дорогостоящее лечение истощило материальные запасы семейства. В прошлом довольно зажиточные Гольдшмиты начинают бедствовать.

1490741539112474688

Юзеф так и не вылечился. Сведения о его смерти весьма туманны. Известно, что последние свои дни он провел в больнице. Чтобы помогать матери и младшей сестре, Генрик начинает подрабатывать репетиром.

Закончив гимназию, юный Гольдшмит решает стать врачом и поступает в Варшавский университет на медицинский факультет. В рамках учебной практики Генрик работает в госпиталях, больницах, детский еврейских лагерях. Общение с детьми доставляет ему огромное удовольствие, во враче-Гольдшмите просыпается педагог. Вернувшись со службы во время Русско-японской войны, Генрик твердо решил: да, он будет лечить, но не тела, а души.

1911 год стал для Гольдшмита знаковым – в доме номер 92 на улице Крохмальной в Варшаве он основывает «Дом сирот». Идею помогли воплотить в жизнь многочисленные филантропы. Директор сразу же ставит первое и главное условие – меценаты не должны вмешиваться в педагогическую и воспитательную деятельность руководителя.

«Дом сирот» выделялся из числа себеподобных. Детские приюты лишь давали крышу над головой и еду, совершенно не беспокоясь о духовном и нравственном развитии своих обитателей. Не удивительно, что большинство беспризорников сворачивали на путь разбоя. Главная цель, которую преследовал «Дом сирот», заключалась не в том, чтобы помочь детям выжить, а в том, чтобы научить их жить.

Кроме «Дома сирот», Гольдшмит сотрудничает с другими детскими приютами (например, «Нашим домом» в Белянах), публикуется в журналах, редактирует еженедельник «Малое обозрение», пишет книги, читает лекции по педагогике. Тогда-то и появляются Януш Корчак и добродушный Старый доктор, голос которого звучит из каждого радиоприемника.

149074169714533129

Еврейское гетто. Треблинка

С приходом к власти Гитлера Януш Корчак начинает проявлять большой интерес к еврейскому вопросу, детально изучает историю своей родины, посещает Палестину, работает в Еврейском агентстве Варшаве.

Убежденный гуманист, Корчак остро противился всему фашистскому. Он, не боясь, разгуливал по столичным улицам в мундире войска польского, когда Варшава была занята гитлеровцами. Корчак говорил, что это мундир солдата, которого предали. Только спустя год после начала оккупации мундир был снят, ведь такая провокация могла повлечь за собой фатальные последствия не только для Корчака, но и для его воспитанников.

Он продолжает выступать по радио. Только теперь Старый доктор больше не шутит о детском воспитании. Он обращается к детям войны, поучает, советует, рассказывает, как действовать в экстренных ситуациях.

Когда на территории города появилась уродливая стена, отгородившая еврейское гетто от остального мира, Януш Корчак самоотверженно присоединился к своим сиротам, несмотря на то что его приглашали остаться в Палестине. Он продолжал мужественно отказываться всякий раз, когда ему предлагали укрытие на арийской стороне.

Летом 1942 года поступил указ о депортации «Дома сирот». Маленьких евреев отправляли в концентрационный лагерь Треблинка, что находился на территории Польши и вошел в историю войны как один из самых жестоких лагерей смерти. По количеству жертв (их число колеблется в диапазоне 750-810 тысяч) он уступает только Освенциму.

1490741892112921897

6 августа, эта дата условно значится как дата смерти Корчака, директору «Дома сирот» в последний раз предложили спастись. Немецкое командование хотело проявить публичную милость к известному литератору и педагогу, однако Корчак категорически отказался. «Предать детей и пустить их умирать одних, – сказал учитель, – Это значило бы как-то уступить злодейству».

Шествие маленьких смертников и их учителя к вагонам, что должны были доставить их в Треблинку, очевидцы назвали маршем смерти. Весь детский дом шел ровной колонной, никто не голосил и не пытался убежать, во главе колонны – Старый доктор, держащий за руки двоих воспитанников. Весь «Дом сирот» и их директор погиб в газовой камере концентрационного лагеря Треблинка.

1490742013140212215

творческом наследии Януша Корчака выделяют три пласта: художественные произведения (книги о детях и для детей), научно-популярные работы по педагогике и дневниковые записи.

К литературе Корчак обращается с 18 лет, начиная понемногу публиковаться на страницах польских журналов. Его самыми знаменитые произведения, переведенные на русский язык, это:

«Моськи, Иоськи и Срули».

Дилогия «Король Матиуш Первый».

«Когда я снова стану маленьким» и др.

Свой первый педагогический труд книгу «Как любить детей» Корчак написал в Украине во время работы в киевских приютах для беспризорников и опубликовал в 1919 году. На протяжении 10 лет (с 1929 по 1939 годы) педагог создал еще три научно-популярных работы: «Право ребенка на уважение», «Правило жизни» (с подзаголовком «Педагогика для детей и взрослых») и «Шутливая педагогика».

Научно-литературная деятельность В своих работах Корчак поучает, но его голос не звучит как сухое назидание. Его научные наблюдения изложены простым доступным языком, книги очень автобиографичны и являются бесценными копилками богатого педагогического опыта их автора.

В основе педагогических принципов великого учителя прежде всего любовь к ребенку. Даже любовь к Богу он ставил ниже. Каждый ребенок, твердил Корчак, и есть Бог.

Огромную ценность для понимания педагогики Януша Корчака, а также непростой моральной атмосферы в охваченной войной и репрессиями Польше играет «Дневник» учителя. Он вел подробные записи, чтобы не упустить ни единой мысли. Трагическая гибель не дала возможности самостоятельно опубликовать «Дневник». Он увидел свет только в 1958 году, через 16 лет после смерти автора.

149074223816381790

Память: поэт, педагог, человеколюб.

Сегодня в Треблинке на предположительном месте смерти Корчака стоит мемориальный камень с выбитой надписью «Януш Корчак и дети». В разных городах Польши, в Азербайджане, Израиле, Белоруссии и других странах установлены монументы Януша Корчака. Поляки и белорусы ежегодно запускают в воздух бумажного змея в память о великом гуманисте. Его именем называют школы и улицы, а в России проходит ежегодный педагогический конкурс, посвященный великому учителю.

О его жизни, творчестве и героизме написаны десятки биографических книг («Живая связь» Игоря Ниверли, «Король детей» Бетти Джейн Лифтон), художественных интерпретаций (поэма «Кадиш» Александра Галича, фильмы «Корчак» и «Януш Корчак» Анджея Вайды и Семена Винокура).

1490742444157858250

Миф о Януше Корчаке продолжает жить и шириться. Его подлинная история обросла множеством домыслов, поэтических деталей, афоризмов, якобы слышанных из уст Корчака. Как бы там ни было, легенда не может родиться на пустом месте. Ей нужен стержень, им стал Корчак – поэт, педагог, человеколюб. За три месяца до смерти он сделал запись в дневнике: «Я никому не желаю зла. Не умею. Не знаю, как это делается».

Источник

Януш корчак школа жизни

Это не повесть и не школьный учебник, а научная книга.

Взрослые часто завидуют детям: «Вам-то всё легко достается. На всем готовеньком!»

Откуда у них уверенность, что жизнь детей такая простая? Или в их собственном детстве всё было идеально? Да, ребенок избавлен от необходимости зарабатывать деньги, думать о коммунальных платежах и прочих «взрослых» вещах, но это лишь видимая сторона. Внутри даже очень маленького человека постоянно идет непростая, порой мучительная работа. Он вынужден познавать сложный и многообразный мир, который идет своим путем и не ждет, когда к нему приспособятся. Ребенок на ходу осваивает пространство физическое (дом, двор, улица и т. д.) и пространство коммуникативное, то есть налаживает контакт, с одной стороны, со сверстниками, а с другой стороны – со старшими. И это нередко болезненный опыт. Ему, например, только предстоит столкнуться с тем, что для большинства взрослых он всего лишь неполноценное и сильно ограниченное в правах существо. Даже для близких, что уж говорить о чужих!

Ну а сами взрослые, похоже, напрочь забыли о том, что они чувствовали, когда были маленькими. Чтобы синхронизировать свое сознание с детским, надо как минимум взглянуть на ту или иную ситуацию со стороны ребенка, ощутить, что он чувствует. Но где этому учат? И вот вчерашние дети уже повторяют то, слышанное когда-то от старших. Воспроизводят те же стереотипы и зачастую демонстрируют полную глухоту уже по отношению к своим собственным детям.

Повесть «Когда я снова стану маленьким» и эссе «Правила жизни» были написаны с разницей в пять лет, в 1925 и 1930 годах соответственно. Это относительно мирные годы для Европы, передышка между двумя мировыми войнами. Януш Корчак, к тому времени уже очень известный педагог, писатель и публицист, наконец может заняться тем, что он любит больше всего. Он целиком погружается в работу интернатов «Наш дом» и «Дом сирот», активно разрабатывает и применяет то, что в наши дни называют новаторскими педагогическими методиками. На самом деле он просто постоянно общается с детьми, наблюдает и анализирует. Он убежден, что «воспитания без участия в нем самого ребенка не существует». Вместе с интернатскими детьми Корчак создает систему самоуправления, разрабатывает кодекс поведения и суд чести, в котором ему и самому случается держать ответ. Это сложный, непроторенный путь. Работа с детьми, как и любое интенсивное общение, – вещь летучая, требующая постоянной концентрации и рефлексии. Калейдоскоп эмоций и разнонаправленных мыслей, постоянная смена планов восприятия – всё это очень трудно удержать в сознании, а тем более обобщить, осмыслить. Одна из работ Корчака, посвященная именно фиксации педагогического процесса, так и называется – «Моменты воспитания» (1919).

Принцип научного подхода остается неизменным с незапамятных времен: любой опыт должен быть осмыслен и проверен на практике. В условиях постоянного педагогического процесса этот цикл неимоверно ускоряется, и чтобы золото наблюдений не превратилось в черепки, его надо сразу пускать в дело. Вот и о «Правилах жизни» он говорит: «Это не повесть и не школьный учебник, а научная книга».

Дети открыты всему миру и очень уязвимы. Корчака очень волнует повседневная жизнь ребенка, его беззащитность. А главное – то, что любые события, которые с человеком происходят в детстве, накладывают на него отпечаток и в конечном счете формируют личность.

Как-то я спросил в классе, кем кто хочет быть. Один мальчик сказал:

Все засмеялись. Мальчик смутился и прибавил:

– Я буду, наверное, судья, как мой папа, но ведь вы спрашивали, кем я хочу быть?

Именно такой вот смех, а затем и прозвища приучают к неискренности и скрытности.

Корчак хочет предупредить, подсказать, как себя вести в той или иной ситуации. И берет для этого весь свой жизненный и педагогический опыт.

В «Правилах жизни» он идет от примеров: рассматривает разные стороны жизни, типичные ситуации, затруднительные для большинства детей. Например, как вести себя с младшими братьями и сестрами. Или с бестактными взрослыми гостями. Немного прямолинейно, но очень наглядно.

Если «Правила жизни» рассчитаны скорее на детей, то повесть «Когда я снова стану маленьким» – на взрослых. Она в буквальном смысле о том, как взрослый человек оказывается в своем детстве. Начинается всё как в сказке: человек устал от взрослой жизни и очень хочет стать ребенком. И вдруг его желание неожиданно исполняется.

Я никому не говорю, что был взрослым, – делаю вид, что всегда был мальчиком, и жду, что из этого выйдет. Всё мне как-то странно смешно. Смотрю и жду.

Итак, он снова ребенок, его родители живы и молоды, он ходит в школу, общается со сверстниками. И получает всё, что причитается ребенку. Прежде всего, свежий взгляд и обостренный интерес к жизни в любых ее проявлениях: его, как и других мальчишек, занимает ледоход на реке, уличное движение, люди, животные и так далее. А то ведь взрослые нелюбопытны.

Но в то же время герой имеет возможность оценивать всё через свое знание жизни. Трезвость и зрелый ум сосуществуют в нем наряду с обновленной, детской непосредственностью. Только он лишен спасительной детской забывчивости и незлопамятности. Его разум фиксирует то, что недоступно детскому восприятию. Это позволяет ему присутствовать одновременно в двух мирах – взрослом и детском. И дает уникальную возможность видеть всё из положения ребенка. А еще у него нет иммунитета старшинства. Он беззащитен перед взрослыми. Иначе какой смысл в таком испытании?

За 30 лет до повести «Когда я снова стану маленьким» вышел фантастический роман Герберта Уэллса «Машина времени», в котором герой тоже исполнил древнейшую мечту человечества – побывать во вчера и завтра. Уэллс не просто предлагает техническую версию путешествия во времени, но, в соответствии с принципами научного поиска, пытается смоделировать сопутствующие обстоятельства. То есть подвергает мир прошлого и грядущего внимательному и критическому рассмотрению. Это не безоблачная, веселая экскурсия, а воссозданная реальность. Такова специфика жанра антиутопии: она разоблачает представления о некой идеальной эпохе, о том, что плоды технического прогресса исключительно позитивны.

Корчак разоблачает миф о безмятежности детства, да и всю систему ложных представлений взрослых о детях.

Дети далеко не всегда врут.

Если их ругать, они очень сильно переживают.

Одно слово поддержки может сделать чудеса.

Их проблемы – совсем не такие ничтожные, как видится взрослому.

Принцип тот же, что и в научной фантастике: детальное реконструирование возможного из миров. Только этот мир очень хорошо знаком герою. Потому что он когда-то в нем жил.

Если следовать топологии мифа или волшебной сказки, то детство – это Острова Блаженных, Тридевятое царство, река, в которую дважды войти можно только чудом.

Так антиутопический сюжет смыкается с притчей – одной из любимых форм высказывания у Корчака. Его главная цель – сделать картинку наиболее наглядной и убедительной для взрослых.

Повесть в чем-то близка к педагогической хронике «Моменты воспитания»: записи непрерывных наблюдений за детьми во время игры, учебы, общения. Только здесь автор еще ближе к детям: он не просто наблюдает за ними, а, став на время одним из них, в буквальном смысле пропускает всё через себя, сверяет это со своим взрослым опытом, замеряет атмосферу, сравнивает и делает выводы. С интересом инспектирует все сферы жизни: дом, улицу, школу. Колоссальная работа.

Источник

Поделиться с друзьями
admin
Биографии известных людей
Adblock
detector